Русская революция. Книга 2. Большевики в борьбе за власть. 1917—1918 - читать онлайн книгу. Автор: Ричард Пайпс cтр.№ 128

читать книги онлайн бесплатно
 
 

Онлайн книга - Русская революция. Книга 2. Большевики в борьбе за власть. 1917—1918 | Автор книги - Ричард Пайпс

Cтраница 128
читать онлайн книги бесплатно

Поэтому неправильно интерпретировать иностранное вторжение в Россию в 1917–1918 годах как враждебную режиму «интервенцию». Большевистское правительство, с одной стороны, было инициатором этой интервенции, а с другой, само действовало весьма агрессивно. И хотя великие державы, мечтавшие вернуться к нормальной жизни, не хотели этого признавать, русская революция никогда не была только внутренним делом России, значение которого для других стран ограничивалось лишь влиянием на исход войны. Новые правители России сделали все возможное, чтобы революция вызвала отклик во всем мире. Ноябрьское перемирие 1918 года предоставило им беспрецедентную возможность организовать революцию в Германии, Австрии, Венгрии, — всюду, где бы только они смогли. Несмотря на то, что все эти попытки тогда провалились, они показали, что в мире невозможны уже ни передышка, ни возврат к той жизни, которая была до 1914 года.

И еще одно необходимо сказать в связи с вопросом о вторжении иностранцев на территорию России в 1918 году. Во всех дискуссиях о том, что сделали союзники в России (а сделали они в общем не так уж много), обычно совершенно упускают из виду, что они сделали для России, хотя в этом отношении вклад их как раз был весьма существенным. После того как Россия, отрекшись от своих обязательств, оставила союзников воевать с Четверным союзом, они понесли неисчислимые человеческие и материальные потери. В результате выхода России из войны Германия перебросила с потерявшего значение Восточного фронта такое количество войск (от 150 до 192 дивизий)226, что ее силы на западе увеличились примерно на четверть. Это подкрепление позволило ей организовать яростное наступление. Знаменитые битвы на Западном фронте весной и летом 1918 года — Сен-Кантен, Лис, Эна, Мец, Марна, Шато-Тьерри — унесли сотни тысяч жизней англичан, французов и американцев. Ценой этих жертв в конце концов удалось поставить Германию на колени [178]. Но победа над Германией, к которой советское правительство не приложило никаких усилий, не только позволила ему аннулировать Брест-Литовский договор и вернуть большую часть территорий, потерянных в Бресте, но также уберегла советскую Россию от судьбы, уготованной ей Германией, — от превращения в колонию, в своего рода Евразийскую Африку.

ГЛАВА 7
ВОЕННЫЙ КОММУНИЗМ

В коммунистической и некоммунистической литературе термин «военный коммунизм» приобрел со временем точное значение. Вот как определяет его Советская Историческая Энциклопедия:

«ВОЕННЫЙ КОММУНИЗМ — название экономической политики Советского государства в годы гражданской войны и иностранной военной интервенции в СССР 1918—20. Политика военного коммунизма была продиктована исключительными трудностями, созданными гражданской войной и хозяйственной разрухой…»1.

Утверждение, что политика военного коммунизма была «продиктована» обстоятельствами, противоречит историческим фактам. Об этом свидетельствует сама этимология термина. Первое официальное упоминание «военного коммунизма» относится к весне 1921 года, то есть к периоду, когда эта политическая линия уже должна была уступить место новой экономической, политике. Именно тогда коммунистические власти, вставшие перед необходимостью как-то оправдать крутой поворот своего политического курса, постарались возложить всю вину за ужасы недавнего прошлого на обстоятельства, изменить которые они якобы были не в силах. Как писал в апреле 1921 года Ленин, «военный коммунизм» был вынужден войной и разорением. Он не был и не мог быть отвечающей хозяйственным задачам пролетариата политикой. Он был временной мерой»2. Но эта оценка была дана задним числом. Конечно, в какой-то части политика военного коммунизма вынужденно решала неотложные проблемы. Однако в целом она была отнюдь не «временной мерой», но самонадеянной и, как оказалось, преждевременной попыткой ввести в стране полноценный коммунистический строй3.

То, что в первые годы режима экономическая политика большевиков не была ни импровизацией, ни реакцией на обстоятельства, подтверждает такой авторитет, как Троцкий.

Признавая, что военный коммунизм был «по существу своему системой регламентации потребления в осажденной крепости», он вместе с тем отмечает:

«По первоначальному замыслу, он преследовал более широкие цели. Советское правительство надеялось и стремилось непосредственно развить методы регламентации в систему планового хозяйства в области распределения, как и в сфере производства. Другими словами: от «военного коммунизма» оно рассчитывало постепенно, но без нарушения системы, прийти к подлинному коммунизму»4.

Этот взгляд находит подтверждение и в другом авторитетном советском источнике. Политика военного коммунизма, читаем мы, «не была продуктом одних военных условий и иных стихийно действовавших сил. Она была также продуктом определенной идеологии, реализацией социально-политического замысла, построившего хозяйственную жизнь страны на совершенно новых началах» [179].

Но, пожалуй, самым убедительным свидетельством того, что в период гражданской войны большевики ставили перед собой стратегические задачи построения коммунизма, является та систематическая борьба, которую они вели против института частной собственности. Нацеленные на это законы и декреты, принимавшиеся в разгар схватки за выживание большевистского режима, вовсе не служили укреплению власти большевиков, а были продиктованы исключительно их верой в необходимость лишить граждан имущества, которое может служить источником их политической независимости. Экспроприация началась с недвижимости. Так называемый Декрет о земле, принятый 26 октября 1917 года, лишил собственности на землю всех, кроме крестьян. За этим последовали декреты, касающиеся недвижимого имущества в городах, которое вначале (14 декабря 1917 г.) было изъято из торгового обращения, а затем (24 августа 1918 г.) передано в собственность государства5. В январе 1918 года были аннулированы все государственные долги. Декрет от 20 апреля 1918 года запрещал покупку, продажу и сдачу в аренду торговых и промышленных предприятий. Другим декретом от того же числа предписывалась регистрация ценных бумаг и закладных на частное имущество6. Но, пожалуй, самым решительным шагом на пути уничтожения частной собственности был декрет от 1 мая 1918 года, отменявший права наследования7. Ни одна из этих мер не была продиктована какой-либо «насущной необходимостью». Все они преследовали единственную цель — лишить частных лиц и объединения прав владения и распоряжения основными капиталами и другим полезным имуществом.

Вернуться к просмотру книги Перейти к Оглавлению Перейти к Примечанию